За чей счет состоится смена курса Армении?

Доклад о возможных последствиях приостановления действия Договора о ЕАЭС в отношении Армении заслуживает широкого обсуждения

Изоб­ра­же­ние: ФСК

Внеш­не­по­ли­ти­че­ские реше­ния ста­но­вят­ся эко­но­ми­че­ской реаль­но­стью в тот момент, когда меня­ют­ся сум­мы в пла­теж­ках, цены в мага­зи­нах и дохо­ды семей. Имен­но поэто­му опуб­ли­ко­ван­ный 20 октяб­ря доклад о воз­мож­ных послед­стви­ях при­оста­нов­ле­ния дей­ствия Дого­во­ра о ЕАЭС в отно­ше­нии Арме­нии заслу­жи­ва­ет обсуж­де­ния дале­ко за пре­де­ла­ми дипло­ма­ти­че­ских каби­не­тов. Под­го­то­вив­шие его пред­ста­ви­те­ли Рос­сии, Бела­ру­си, Казах­ста­на и Кыр­гыз­ста­на оце­ни­ва­ют воз­мож­ное сокра­ще­ние армян­ско­го ВВП в 15,6%, или при­мер­но $4,6 млрд, а сни­же­ние потреб­ле­ния – в 14,6%. Это сце­нар­ные рас­че­ты, а не уже про­изо­шед­шие поте­ри. Но за ними сто­ят вполне кон­крет­ные вопро­сы: сколь­ко будет сто­ить отоп­ле­ние, кому удаст­ся сохра­нить рабо­ту и на что хва­тит семей­но­го бюд­же­та.

На этом фоне вновь про­зву­ча­ла тема аль­тер­на­тив­ных поста­вок газа. 29 октяб­ря Ален Симо­нян заявил, что Арме­ния рас­смат­ри­ва­ет воз­мож­но­сти заку­пок у Азер­бай­джа­на, Ира­на и Рос­сии. Одна­ко заяв­ле­ние о потен­ци­аль­ных постав­щи­ках само по себе еще не отве­ча­ет на глав­ный эко­но­ми­че­ский вопрос: по какой конеч­ной цене газ полу­чат армян­ские пред­при­я­тия и насе­ле­ние.

Для граж­да­ни­на эта дис­кус­сия выгля­дит зна­чи­тель­но про­ще, чем для поли­ти­ков. Ему нуж­но пони­мать, смо­жет ли он зимой отап­ли­вать квар­ти­ру, хва­тит ли зар­пла­ты до кон­ца меся­ца и не при­дет­ся ли сно­ва про­сить помо­щи у род­ствен­ни­ков. Власть впра­ве выби­рать внеш­не­по­ли­ти­че­ский курс, но обя­за­на объ­яс­нять его мате­ри­аль­ные послед­ствия. Пото­му что поли­ти­че­ское реше­ние при­ни­ма­ет руко­вод­ство стра­ны, а опла­чи­вать его послед­ствия зача­стую при­хо­дит­ся все­му обще­ству.

Газ меняет поставщика. А кто оплатит разницу?

В газо­вой части докла­да зало­же­но повы­ше­ние цены со $177,5 до $300 за тыся­чу кубо­мет­ров – при­бли­зи­тель­но на 69%. При сохра­не­нии физи­че­ских объ­е­мов поста­вок годо­вая сто­и­мость газо­во­го импор­та уве­ли­чи­ва­ет­ся с $389 млн до $657,5 млн. Раз­ни­ца – $268,5 млн за тот же объ­ем топ­ли­ва. При этом $300 обо­зна­че­ны как инди­ка­тив­ная вели­чи­на: фак­ти­че­ская кон­тракт­ная цена будет зави­сеть от усло­вий поста­вок и рыноч­ной конъ­юнк­ту­ры.

Мас­штаб понят­нее, если пере­ве­сти эту раз­ни­цу в месяч­ный пока­за­тель: око­ло $22,4 млн допол­ни­тель­ных рас­хо­дов в месяц. Это ариф­ме­ти­че­ский пере­счет сце­на­рия докла­да, а не про­гноз еже­ме­сяч­ных пла­те­жей насе­ле­ния. Одна­ко эко­но­ми­че­ский смысл оче­ви­ден: при реа­ли­за­ции тако­го вари­ан­та стране при­дет­ся направ­лять боль­ше средств на при­об­ре­те­ние преж­не­го коли­че­ства газа.

Ины­ми сло­ва­ми, за допол­ни­тель­ные сот­ни мил­ли­о­нов дол­ла­ров Арме­ния не полу­чит боль­ше теп­ла, боль­ше рабо­та­ю­щих пред­при­я­тий или боль­ше про­из­ве­ден­ных това­ров. Она про­сто запла­тит доро­же за то, чем уже поль­зу­ет­ся. Для семьи это похо­же на ситу­а­цию, когда рас­хо­ды на при­выч­ную жизнь вырос­ли, а зар­пла­та оста­лась преж­ней: внешне ниче­го не изме­ни­лось, но денег посто­ян­но не хва­та­ет.

Рас­пре­де­лить эти рас­хо­ды мож­но по-раз­но­му. Часть спо­соб­ны при­нять на себя постав­щик и пред­при­я­тия, часть – госу­дар­ствен­ный бюд­жет через ком­пен­са­ции, часть – конеч­ные потре­би­те­ли. Но у каж­до­го реше­ния есть цена. Суб­си­ди­ро­ва­ние тре­бу­ет бюд­жет­ных денег; сохра­не­ние тари­фов за счет биз­не­са умень­ша­ет его при­быль и воз­мож­но­сти инве­сти­ро­вать; пере­нос рас­хо­дов на насе­ле­ние сокра­ща­ет рас­по­ла­га­е­мые дохо­ды семей.

И здесь воз­ни­ка­ет вопрос: кого госу­дар­ство будет защи­щать в первую оче­редь и за счет каких ресур­сов? Если обе­ща­ют удер­жать тариф, обще­ство долж­но пони­мать, чем это будет опла­че­но. Заим­ство­ва­ни­я­ми, пере­рас­пре­де­ле­ни­ем рас­хо­дов, сокра­ще­ни­ем дру­гих про­грамм? Бюд­жет­ная ком­пен­са­ция может быть необ­хо­ди­мой, но она не дела­ет подо­ро­жа­ние бес­плат­ным для стра­ны.

При этом рост заку­поч­ной цены газа на 69% не озна­ча­ет авто­ма­ти­че­ско­го повы­ше­ния быто­во­го тари­фа на те же 69%. В конеч­ном тари­фе учи­ты­ва­ют­ся и дру­гие состав­ля­ю­щие, а реше­ние зави­сит от регу­ли­ро­ва­ния и воз­мож­ной госу­дар­ствен­ной под­держ­ки. Поэто­му утвер­ждать, что нынеш­няя пла­теж­ка обя­за­тель­но уве­ли­чит­ся почти вдвое, было бы непра­виль­но.

Про­бле­ма шире самой пла­теж­ки. Газ исполь­зу­ет­ся при отоп­ле­нии жилья, рабо­те теп­лиц, выпеч­ке хле­ба и в про­из­вод­ствен­ных про­цес­сах. Если энер­го­за­тра­ты пред­при­я­тия рас­тут, оно вынуж­де­но выби­рать меж­ду повы­ше­ни­ем отпуск­ной цены, сокра­ще­ни­ем при­бы­ли, сни­же­ни­ем выпус­ка и эко­но­ми­ей на дру­гих рас­хо­дах. Для потре­би­те­ля это созда­ет риск двой­но­го дав­ле­ния: боль­ше пла­тить за отоп­ле­ние и одно­вре­мен­но доро­же поку­пать това­ры.

Чело­век может эко­но­мить газ у себя дома, выклю­чать отоп­ле­ние в одной из ком­нат и наде­вать еще один сви­тер. Но он не может таким же спо­со­бом выклю­чить газо­вые рас­хо­ды пекар­ни, теп­ли­цы или пред­при­я­тия, про­дук­цию кото­ро­го поку­па­ет. Поэто­му даже самая стро­гая домаш­няя эко­но­мия не защи­ща­ет от всей цепоч­ки подо­ро­жа­ния.

Имен­но поэто­му раз­го­вор об азер­бай­джан­ском газе тре­бу­ет эко­но­ми­че­ско­го содер­жа­ния. Срав­ни­вать необ­хо­ди­мо цену с достав­кой до армян­ской систе­мы, доступ­ные объ­е­мы, сро­ки нача­ла поста­вок, рас­хо­ды на инфра­струк­ту­ру и гаран­тии испол­не­ния кон­трак­тов. Более низ­кая цена у про­из­во­ди­те­ля может поте­рять пре­иму­ще­ство после транс­пор­ти­ров­ки. Воз­мож­ность дого­во­рить­ся о постав­ках не рав­но­знач­на воз­мож­но­сти обес­пе­чить ими стра­ну уже бли­жай­шей зимой.

У этой темы есть и оче­вид­ная поли­ти­че­ская сто­ро­на. Закуп­ки у Азер­бай­джа­на затра­ги­ва­ют вопро­сы дове­рия, без­опас­но­сти и устой­чи­во­сти отно­ше­ний. Раз­ви­тие тор­гов­ли может созда­вать вза­им­ную заин­те­ре­со­ван­ность в ста­биль­но­сти. Но энер­ге­ти­че­ская без­опас­ность тре­бу­ет зара­нее про­ду­ман­но­го отве­та на слу­чай ново­го поли­ти­че­ско­го обостре­ния. Кто обес­пе­чит постав­ки, если отно­ше­ния ухуд­шат­ся? Какие суще­ству­ют резерв­ные источ­ни­ки? Насколь­ко защи­ще­ны усло­вия кон­трак­та от поли­ти­че­ских раз­но­гла­сий? Эти вопро­сы долж­ны решать­ся до воз­ник­но­ве­ния зави­си­мо­сти.

Дивер­си­фи­ка­ция спо­соб­на укре­пить энер­ге­ти­че­скую устой­чи­вость, если созда­ет реаль­ные аль­тер­на­ти­вы и кон­ку­рен­цию. Одна­ко сме­на одно­го основ­но­го постав­щи­ка дру­гим сама по себе еще не устра­ня­ет зави­си­мость. Для семей резуль­тат изме­ря­ет­ся доступ­но­стью отоп­ле­ния, для биз­не­са – пред­ска­зу­е­мо­стью затрат, для госу­дар­ства – спо­соб­но­стью пере­жить пере­бои без чрез­вы­чай­ных рас­хо­дов.

Пока­за­тель­но, что тема уже вышла на уро­вень денеж­но-кре­дит­ной поли­ти­ки. В опуб­ли­ко­ван­ном 29 октяб­ря разъ­яс­не­нии гла­ва Цен­траль­но­го бан­ка Мар­тин Гал­стян отме­тил: при подо­ро­жа­нии газа одни домо­хо­зяй­ства могут умень­шить потреб­ле­ние, дру­гие – уве­ли­чить рас­хо­ды на него, оста­вив мень­ше денег на осталь­ные нуж­ды. Воз­дей­ствие на пред­при­я­тия, по его сло­вам, будет раз­ли­чать­ся в зави­си­мо­сти от отрас­ли.

Для обыч­ной семьи за этим сто­ит про­стой выбор: сохра­нить при­выч­ное теп­ло в квар­ти­ре или сокра­тить дру­гие покуп­ки. Для пен­си­о­не­ра и чело­ве­ка с неболь­шой зар­пла­той про­стран­ство тако­го выбо­ра осо­бен­но узкое. Там, где обес­пе­чен­ная семья отло­жит круп­ную покуп­ку, мало­обес­пе­чен­ная может начать эко­но­мить на пита­нии, лекар­ствах или нор­маль­ном отоп­ле­нии. Оди­на­ко­вое повы­ше­ние цен обо­ра­чи­ва­ет­ся совер­шен­но раз­ны­ми послед­стви­я­ми для людей с раз­ны­ми дохо­да­ми.

Экономический спад приходит домой через зарплату и магазин

Газ – лишь один из кана­лов воз­мож­но­го воз­дей­ствия. Дру­гой свя­зан с рын­ка­ми сбы­та. Авто­ры докла­да про­гно­зи­ру­ют сокра­ще­ние това­ро­обо­ро­та Арме­нии со стра­на­ми ЕАЭС на 55,6%: с $7,99 млрд до $3,55 млрд. Экс­порт това­ров в объ­еди­не­ние в рас­смат­ри­ва­е­мом сце­на­рии умень­ша­ет­ся на 65,8%, при­мер­но до $1,08 млрд.

Одна­ко для оцен­ки послед­ствий необ­хо­ди­мо раз­ли­чать реэкс­порт и про­дук­цию, про­из­ве­ден­ную в самой Арме­нии. Сокра­ще­ние тран­зит­ных тор­го­вых опе­ра­ций и поте­ря зака­зов армян­ским заво­дом по-раз­но­му отра­жа­ют­ся на заня­то­сти и внут­рен­нем про­из­вод­стве. Поэто­му осо­бен­но суще­ствен­на отдель­ная оцен­ка тра­ди­ци­он­но­го экс­пор­та: его постав­ки в ЕАЭС, соглас­но докла­ду, могут умень­шить­ся на 39,6%, или $622,5 млн, – с $1,572 млрд до $949,4 млн.

Здесь внеш­няя тор­гов­ля непо­сред­ствен­но соеди­ня­ет­ся с жиз­нью реги­о­нов. Если пере­ра­бот­чик полу­ча­ет мень­ше экс­порт­ных зака­зов, он может сокра­тить закуп­ки сель­хоз­сы­рья. Фер­мер стал­ки­ва­ет­ся с ухуд­ше­ни­ем сбы­та, пере­воз­чик теря­ет рей­сы, пред­при­я­тие умень­ша­ет загруз­ку. В резуль­та­те послед­ствия рас­про­стра­ня­ют­ся дале­ко за пре­де­лы ком­па­нии, кото­рая непо­сред­ствен­но оформ­ля­ет экс­порт.

Для вино­гра­да­ря внеш­не­по­ли­ти­че­ский спор ста­но­вит­ся лич­ной про­бле­мой в тот день, когда завод пред­ла­га­ет мень­ше денег за уро­жай или отка­зы­ва­ет­ся при­нять его пол­но­стью. Для работ­ни­ка пред­при­я­тия – когда сокра­ща­ют­ся сме­ны. Для води­те­ля – когда исче­за­ет оче­ред­ной заказ. Они могут вооб­ще не сле­дить за засе­да­ни­я­ми ЕАЭС, но изме­не­ния усло­вий тор­гов­ли все рав­но дохо­дят до их семей­но­го бюд­же­та.

В докла­де меха­низм ухуд­ше­ния досту­па на рынок свя­зы­ва­ет­ся с вос­ста­нов­ле­ни­ем тамо­жен­ных про­це­дур, допол­ни­тель­ны­ми тре­бо­ва­ни­я­ми к под­твер­жде­нию соот­вет­ствия про­дук­ции и пол­но­цен­ным сани­тар­ным, вете­ри­нар­ным и фито­са­ни­тар­ным кон­тро­лем. Для про­из­во­ди­те­ля это озна­ча­ет допол­ни­тель­ные рас­хо­ды и вре­мя. Для ско­ро­пор­тя­щей­ся про­дук­ции задерж­ка может обер­нуть­ся поте­рей части пар­тии или необ­хо­ди­мо­стью сроч­но про­да­вать ее дешев­ле.

Это не озна­ча­ет, что каж­дый экс­пор­тер обя­за­тель­но поте­ря­ет имен­но ука­зан­ную в рас­че­тах долю про­даж. Пред­при­я­тия могут искать новые рын­ки и менять ассор­ти­мент. Но пере­ори­ен­та­ция тре­бу­ет поку­па­те­лей, сер­ти­фи­ка­ции, логи­сти­ки, обо­рот­ных средств и вре­ме­ни. Меж­ду поте­рей преж­не­го зака­за и полу­че­ни­ем ново­го работ­ни­кам все рав­но нуж­но пла­тить зар­пла­ту.

Поэто­му фра­за «най­дем дру­гие рын­ки» при­об­ре­та­ет смысл, когда за ней сто­ят кон­крет­ные поку­па­те­ли и кон­трак­ты. Пред­при­я­тие не может опла­чи­вать элек­три­че­ство пер­спек­ти­вой буду­ще­го досту­па к боль­шо­му рын­ку. Работ­ник не может несколь­ко лет ждать зар­пла­ту, пока завер­шит­ся эко­но­ми­че­ская пере­ори­ен­та­ция. Пере­ход­ный пери­од – это вре­мя, в тече­ние кото­ро­го людям необ­хо­ди­мо про­дол­жать жить.

Тре­тий канал – денеж­ные пере­во­ды. Соглас­но при­ве­ден­ным в докла­де оцен­кам, поступ­ле­ния из госу­дарств ЕАЭС могут сокра­тить­ся с при­бли­зи­тель­но $3,95 млрд до $1,85 млрд. Раз­ни­ца пре­вы­ша­ет $2,1 млрд, то есть состав­ля­ет око­ло 53%. Сце­на­рий свя­зы­ва­ет это в том чис­ле с ухуд­ше­ни­ем усло­вий тру­до­вой мигра­ции.

Для домо­хо­зяйств пере­во­ды – источ­ник опла­ты про­дук­тов, лече­ния, обу­че­ния и кре­ди­тов. Сни­же­ние этих поступ­ле­ний уда­ря­ет и по внут­рен­не­му биз­не­су: семьи реже поку­па­ют мебель, откла­ды­ва­ют ремонт, сокра­ща­ют рас­хо­ды на услу­ги. Поэто­му поте­ри внеш­них дохо­дов спо­соб­ны затро­нуть даже пред­при­ни­ма­те­ля, кото­рый нико­гда ниче­го не экс­пор­ти­ро­вал.

Если род­ствен­ник при­слал мень­ше денег, семья мень­ше потра­тит в мест­ном мага­зине. Мага­зин зака­жет мень­ше това­ра, постав­щик полу­чит мень­ше выруч­ки. Так труд­но­сти одной семьи посте­пен­но ста­но­вят­ся про­бле­мой окру­жа­ю­ще­го ее биз­не­са. Имен­но поэто­му рас­суж­де­ние «я не рабо­таю в Рос­сии, зна­чит, меня это не каса­ет­ся» может ока­зать­ся оши­боч­ным.

Осо­бен­но чув­стви­тель­но одно­вре­мен­ное сокра­ще­ние дохо­дов и повы­ше­ние цен. В докла­де инфля­ци­он­ный эффект оце­нен в 14,9 про­цент­но­го пунк­та отно­си­тель­но базо­во­го уров­ня. Для пони­ма­ния семей­ной ариф­ме­ти­ки доста­точ­но услов­но­го при­ме­ра. Если при­выч­ный набор еже­ме­сяч­ных поку­пок сто­и­мо­стью 200 тысяч дра­мов доро­жа­ет на 15%, на него тре­бу­ет­ся уже 230 тысяч. При неиз­мен­ном дохо­де воз­ни­ка­ет раз­рыв в 30 тысяч дра­мов. Это иллю­стра­ция, а не рас­чет кон­крет­ной потре­би­тель­ской кор­зи­ны по докла­ду, но имен­но так мак­ро­эко­но­ми­че­ские пока­за­те­ли пре­вра­ща­ют­ся в необ­хо­ди­мость от чего-то отка­зать­ся.

В такой ситу­а­ции даже фор­маль­ное повы­ше­ние зар­пла­ты или пен­сии еще не озна­ча­ет улуч­ше­ния жиз­ни. Если доход при­ба­вил мень­ше, чем подо­ро­жа­ли необ­хо­ди­мые това­ры и услу­ги, чело­век ста­но­вит­ся бед­нее при боль­шей сум­ме на бан­ков­ском сче­те. Поэто­му оце­ни­вать соци­аль­ную поли­ти­ку нуж­но по тому, сколь­ко чело­век спо­со­бен купить на свои день­ги.

При этом про­гно­зи­ру­е­мые поте­ри ВВП, экс­пор­та, потреб­ле­ния и пере­во­дов нель­зя скла­ды­вать в одну общую сум­му ущер­ба. Эти пока­за­те­ли вза­и­мо­свя­за­ны и частич­но опи­сы­ва­ют раз­ные сто­ро­ны одно­го про­цес­са. Сокра­ще­ние экс­пор­та вли­я­ет на про­из­вод­ство и дохо­ды, умень­ше­ние пере­во­дов – на спрос, удо­ро­жа­ние газа – на издерж­ки. Их меха­ни­че­ское сло­же­ние завы­си­ло бы оцен­ку.

Сам доклад сле­ду­ет читать с пони­ма­ни­ем его про­ис­хож­де­ния: он под­го­тов­лен пред­ста­ви­те­ля­ми четы­рех госу­дарств – участ­ни­ков спо­ра о даль­ней­шем эко­но­ми­че­ском кур­се Арме­нии. Его рас­че­ты тре­бу­ют вни­ма­ния к исход­ным допу­ще­ни­ям, воз­мож­ным пере­ход­ным согла­ше­ни­ям и спо­соб­но­сти эко­но­ми­ки адап­ти­ро­вать­ся. Но поли­ти­че­ский кон­текст доку­мен­та не отме­ня­ет суще­ство­ва­ния кана­лов рис­ка – энер­ге­ти­че­ских, тор­го­вых и тру­до­вых.

Арме­нии необ­хо­дим соб­ствен­ный откры­тый рас­чет послед­ствий с объ­яс­не­ни­ем, какие пре­иму­ще­ства сохра­нят­ся, какие могут быть утра­че­ны и чем будут ком­пен­си­ро­ва­ны издерж­ки. Обще­ство име­ет пра­во знать цену реше­ний до того, как она появит­ся в мага­зи­нах и пла­теж­ках. Суве­рен­ный выбор пред­по­ла­га­ет спо­соб­ность чест­но оце­нить соб­ствен­ные воз­мож­но­сти и защи­тить граж­дан в про­цес­се пере­мен.

Ответ­ствен­ная эко­но­ми­че­ская поли­ти­ка начи­на­ет­ся с отве­та на вопрос, чем и в какие сро­ки будут ком­пен­си­ро­ва­ны воз­мож­ные поте­ри. Какие кон­трак­ты обес­пе­чат доступ­ный газ? Какие рын­ки при­мут армян­скую про­дук­цию? Какая под­держ­ка поз­во­лит пред­при­я­ти­ям сохра­нить работ­ни­ков? Из каких средств будут защи­ще­ны семьи с неболь­ши­ми дохо­да­ми?

Пока эти отве­ты не выра­же­ны в про­ве­ря­е­мых рас­че­тах, согла­ше­ни­ях и бюд­жет­ных воз­мож­но­стях, заяв­ле­ния об аль­тер­на­ти­вах оста­ют­ся обе­ща­ни­я­ми. А послед­ствия любо­го эко­но­ми­че­ско­го про­сче­та полу­ча­ют кон­крет­ный адрес: квар­ти­ру, кото­рую ста­но­вит­ся доро­же отап­ли­вать, пред­при­я­тие, кото­ро­му труд­нее пла­тить зар­пла­ту, и семью, кото­рой при­хо­дит­ся эко­но­мить на повсе­днев­ной жиз­ни.

Власть может объ­явить о смене кур­са за один день. Семье, поте­ряв­шей часть дохо­да, вос­ста­нав­ли­вать при­выч­ный уро­вень жиз­ни при­дет­ся гораз­до доль­ше. Имен­но поэто­му цена поли­ти­че­ско­го реше­ния долж­на быть посчи­та­на до его при­ня­тия – с ясным отве­том, кто и чем будет за него пла­тить.

Арман Гука­сян, ФСК